НОРМАНСК

Режиссер: Юрий КВЯТКОВСКИЙ
от 2 часов 10 мин.
16+
БЛИЖАЙШИЕ СПЕКТАКЛИ:

НОРМАНСК – спектакль нового формата, соединяющий в себе “бродилку”, мюзикл, элементы квеста и компьютерных игр. Пионеры жанра, британская компания Punchdrunk называет такие шоу словом “погружение”.  Публика не сидит в кресле, а полностью окунается в действие, в котором отсутствует линейность – зрителю дается полная свобода перемещения. НОРМАНСК – первое и единственное в России событие подобного формата.

НОРМАНСК – спектакль, который вышел за границы театра и превратился в захватывающее нуар-шоу. В НОРМАНСКЕ множество сюжетных линий и локаций – посмотреть его целиком невозможно. Это  город, по которому можно бродить бесконечно. Зритель сам выбирает, в котором часу присоединиться к происходящему, за каким из множества сюжетов следить, за кем из героев следовать. То есть каждый зритель создает свою собственную историю. НОРМАНСК – квест, задача которого собрать свой сюжет. Для кого-то это шпионский роман, для кого-то детектив, фантастика или история любви. Все вместе зрители встречаются только в финале, который играется в конце вечера.

В проекте принимает участие более ста человек. Среди создателей – театральные режиссеры, драматические актеры и артисты цирка, создатели ролевых игр, психологи, архитекторы, специалисты по ролевым играм, музыканты-электронщики, медиахудожники. Идеологи проекта – участники Le Cirque De Charles La Tannes, придумавшие хип-хоперу “Копы в огне”.

Масштабные декорации, видеоарт, кинематографическая детализация обстановки, написанная специально для спектакля музыка обспечивают то самое полное погружение в фантастический мир братьев Стругацких.

Журнал “Афиша” назвал НОРМАНСК самым ярким и масштабным представителем тренда “Променад-театр” в России. Десять спектаклей прошли при полном аншлаге. Фестиваль “Новый европейский театр (NET)” включил НОРМАНСК в программу наряду со спектакли ведущих мировых режиссеров – Кэти Митчелл, Михаэль Тальхаймер, Оскар Коршуновас и др. НОРМАНСК номинирован на Национальную театральную премию “Золотая Маска” в конкурсе “Эксперимент”.

Драматурги: Саша ЛЕБЕДЕВА, Екатерина КОНИСЕВИЧ, Анна ВОЛОДИНА
Режиссер: Юрий КВЯТКОВСКИЙ
Соавтор идеи: Арсений ЖИЛЯЕВ
Композитор: Сергей КАСИЧ
Художник-куратор:  Галя СОЛОДОВНИКОВА
Художник-сценограф: Анна ШАРОНОВА
Художники: Александра ЗАЛИВАКО, Екатерина ЗЛАЯ, Дина БОРОВИК, Маша КЕЧАЕВА, Полина ЛИФЕРС, Егор МАТВЕЕВ, Егор ФЕДОРИЧЕВ
Ассистенты художника-сценографа: Мартын СТЕПАНОВ, Нора ШАРОНОВА, Федор ШМЕЛЬКИН, Софья ШНЫРЕВА
Режиссер-тренер: Сергей ЩЕДРИН
Режиссер по пластике: Виктория НАРАХСА
Режиссеры, ответственные за площадку: Алексей ЛЮБИМОВ, Тадас МОНТРИМАС, Рафаэль ДУРНОЯН
Художник по свету: Антон АСТАХОВ
Ассистент художника по свету: Алексей ЕФРЕМОВ
Художник по костюмам: Марианна РОЗЕНФЕЛЬД
Хореографы-постановщики: Виталий БОРОВИК, Евгения МИЛЯЕВА
Концертмейстер: Алена ХОВАНСКАЯ
Видеограф: Федор ГЕРЛЕЙН
Видеохудожники: Дарья КЫЧИНА, Алексей ЕФРЕМОВ
Грим: Наталья БУСЛОВА, Ирина ФИЛИППОВА
Бутафор: Вера СОКОЛОВА
Архитектор: Алексей ВОРОБЬЕВ
Транзактный аналитик: Наиль ГАРЕЕВ
Автор интерактивных техник: Алексей ФЕДОСЕЕВ
Техническое обеспечение проекта: Александр КЛИМУШИН
Кастинг-директор: Полина МАНАФОВА
Администратор: Наталья ТИНЯКОВА
Помощники режиссера: Александра АТАМАНЧУК, Лиза КИРДАН ЖУИНИ, Анастасия ТАРХАНОВА
Продюсер: Саша ПАС
Исполнители: Илья БАРАБАНОВ, Зоя ЕРМИШИНА, Виталия ШЛЕНСКАЯ, Сергей КАРАБАНЬ, Илона ГАЙШУНЬ, Вильма КУТАВИЧЮТЕ, Анастасия СКОРИК, Павел ФРОЛОВ, Денис ЯСИК, Ирина КОНДАКОВА, Сесиль ПЛЕЖЕ, Игорь ВОРОБЬЕВ, Георгий ШАХЕТ, Ирина ПЕТРОВА, Михаил ПЛУТАХИН, Рома КАРАВАЕВ, Юрий МЕЖЕВИЧ, Юрий САЛТЫКОВ (Иван ТУРИСТ), Илья МУСАТОВ, Андрей СМИРНОВ
А также: Азаренко Анастасия, Березнова Елена, Бирюкова Виктория, Будиков Артем, Бурнышев Антон, Верхошанская Александра, Виноградова Евгения, Ганах Марина, Глускина Анастасия, Голуцкая Ольга, Губанов Сергей, Даниленко Лука, Денисов Виктор, Диваева Мира, Дмитриева Алиса, Долгирев Родион, Дурноян Рафаэль, Ермолаева Анэт, Жеребцов Алексей, Жук Иннокентий, Журавлева Саша, Златопольский Рэм, Зорина Дарья, Иванов Всеволод, Ильин Антон, Каверина Ксения, Караваев Юрий, Конисевич Екатерина, Корниенко Людмила, Кочеткова Елизавета, Кравченко Ксения, Крон Рита, Кузнецова Вера, Кукуева Мария, Кунал Куку, Курбатова Алиса, Кустов Максим, Лаврова Мария, Лебединская Александра, Левицкий Рудольф, Левченко Илья, Логачева Полина, Макарова Ксения, Мельникова Вероника, Миляева Евгения, Миролюбов Василий, Митин Иннокентий, Морозов Егор, Мулаков Николай, Муш Ирина, Никулина Аля, Парамонов Алексей, Пераццини Личи, Петухов Илья, Потишная Дарья, Рассомахин Даниил, Рассомахин Павел, Рожкова Анастасия, Сарычева Диана, Серов-Останкинский Александр, Сильвестров Егор, Скорик Анастасия, Соколов Вадим, Соловьев Марат, Степанова Надежда, Строганова Полина, Тарасов Николай, Теплова Ксения, Трофимова Анастасия,Троянская Анна, Тыртыева Татьяна, Федоринина Ульяна, Филиппова Анастасия, Фишер Сергей, Харитоненкова Ольга, Харитонов Александр, Холстинина Юлия, Цой Анастасия, Ченчикова Екатерина, Чукреев Павел, Шакирова Ксения, Шарыкина Валентина, Щедрин Сергей, Щербакова Ксения, Шибаева Екатерина, Шленская Кристина, Шония Ник, Шульгин Александр, Янкевич Татьяна, Ястребова Екатерина

Спектакль создан при участии PLAYTRONICA, детской театральной студии Ирины ФЕОФАНОВОЙ, PechaKucha Night Moscow, Poema Theatre (Владимир ЕРМАЧЕНКОВ, Ольга КРАСНЫХ, Надежда НАЗАРОВА, Анастасия ЩЕРБАКОВА, Анастасия ПОПОВА, Светлана КАРИМОВА, Таня АЛЬТАПОВА, Юлия ЯКУШЕВА; постановка — Евгения ЧЕТВЕРТКОВА, костюмы -Владимир ЕРМАЧЕНКОВ).

В спектакле использована музыка New Order  (Blue Monday), текст песни Кирилл Иванов (СБПЧ)
Команда  благодарит Артема Богданова и Мастерскую «Тяжелые штуки».

Афиша. Воздух: «Самый масштабный спектакль-квест не только города, но и страны. Около 40 актеров разыгрывают 12 сюжетных линий футуристической повести Стругацких «Гадкие лебеди» одновременно на четырех этажах и лестницах Центра им. Мейерхольда. Строго говоря, посмотреть этот спектакль целиком невозможно, и в этом чуть ли не главный бонус — зритель погружается в антиутопическую вселенную, и как он себя в ней поведет — его личное дело. Над «Норманском» под предводительством Юрия Квятковского работали специалисты по ролевым играм, психолог Наиль Гареев, архитектор Алексей Воробьев и создатели «Копов в огне» Le Cirque de Charles la Tannes; такие коллаборации процветали в прошлом сезоне в околонаучном спецпроекте ЦИМа Blackbox. И еще: стоит дождаться финала, в котором окажется, что все это вообще-то мюзикл».
Коммерсант: «И хотя вступительная статья в программке советует выбрать какого-то одного персонажа и следовать за ним, не менее интересно остаться в положении растерянного чужака, испуганного и мечтающего о выходе на волю не меньше, чем о глубоком погружении в замысел произведения. «Норманск», щедрый на детали и удивляющий фантазиями талантливого молодого режиссера, впечатляет не социально-критическими прозрениями и не эпизодическими актерскими работами (хотя среди них есть и отличные, например трансвестит Алексея Черных), а атмосферой небанального театрального приключения».

Свободная пресса: ««Норманск» – не просто инсценировка, а реконструкция художественного мира повести. Уникальный пока в отечественном театре опыт создания пространства, которое взаимодействовало бы со зрителем без посредников, да и без установки на непременный диалог. В «Норманске» не бросают в зал реплик, не дожидаются, пока публика подтянется, здесь даже не переводят зрителей из комнаты в комнату. Только впускают – и позволяют присутствовать. Одновременность действия на пяти этажах лишает сюжет привычной разметки – здесь нет завязки и кульминации, нет центральных событий, и в череде действующих лиц не обязательно интересоваться теми, кого мы помним по имени. Зритель потому и чувствует себя полноправным участником спектакля, что тут вообще всё равно всему, в том числе театр – жизни, которую в фантастическом этом, бутафорском, спертом, затемненном пространстве так же невозможно охватить целиком и до конца понять, как в реальности. Хотя «Норманск» и записали в ряд политически заряженных спектаклей, его обаяние все-таки в том, что он не сводится к высказыванию. Он в принципе не транслирует – а вынуждает нас, напротив, сосредоточиться на переживании того, как мы откликаемся на предложенные обстоятельства».

Москва-24: «Оценить современное театральное искусство смогут посетители международного фестиваля NET (Новый Европейский Театр). Спектакли будут играть в Центре имени Мейерхольда, театре «Практика», Театре наций, в электротеатре «Станиславский».ВЫБОР M24.RU: «НОРМАНСК». Спектакль поставлен по повести братьев Стругацких «Гадкие лебеди», действие разворачивается сразу на пяти этажах Центра Мейерхольда, так как «Норманск» выполнен в жанре променад-театра. В пространстве ЦИМа зрители путешествуют вместе с актерами, попадая в город будущего, где постоянно идет дождь. Катастрофа неминуема и жителей обреченного города спасают. Эвакуируют всех, кроме группы детей и «мокрецов» — прокаженных интеллектуалов».

Русский журнал: «Для сравнения скажем, что бескрайняя во времени и неограниченная в пространстве пятиэтажная бродилка «Норманск» Юрия Квятковского со товарищи в Центре им. Мейерхольда удалась. Её покажут на ноябрьском фестивале NET. Может, дело как раз в том, что в ЦИМ актёры вещали строго по тексту «Гадких лебедей»».

Экран и сцена: «Мыслей и сил было вложено изрядно, а исполнители разыгрывают свои эпизоды, как правило, на пределе само-отверженности и самозабвения».
Оkolo.me: «Во всех смыслах «Норманск» абсолютно уникален. Особенности чувствуются уже в названии, в котором локация, климат, атмосфера, топонимика (Мурманск, Норильск, Север) и филологическая изысканность. Своеобразие формы, подачи, интересные световые и пластические решения, причудливая сценография, фантазийные костюмы, сочетаемость различных жанров в рамках «променад — театра» ставят это произведение в ряд самых смелых экспериментов на театральной сцене. Всплыть на поверхность после культурного шока «Норманска» непросто. Да и не хочется. Это особенно странно, если учесть сугубую непривлекательность городка. Однако параллели с окружающей действительностью столь явственны, что будто бы никто никуда и не уходил. Погружение продолжается».

Ваш досуг: «У входа в ЦИМ — толпа жаждущих увидеть выдуманный город Норманск. Запускают группами по шесть человек. Внутри — полумрак. К лифту приходится пробираться почти на ощупь, в густом дыму удается разглядеть только красные огни заграждений, колючую проволоку на перилах… У лифта встречает девушка-проводник, она направляет зрительские группы на разные этажи. Мне «достается» третий. Внутренние помещения Центра Мейерхольда невозможно узнать. На стенах — пакеты с кровью, на ступеньках — грязные листовки с призывами «Хватит жестокости, люди! Мокрецы нам не враги!»».

Рабкор.ру: «Ощущается, что спектакль рождается здесь и сейчас. Можно стоять на лестничном пролете и слышать отдаленные голоса, и это бездействие оказывается иногда более насыщенным, чем диалоги героев. Говоря о современной культуре, часто натыкаются на тему «молчания». И это театральное молчание в театре-«бродилке» можно ощущать на себе. Оно проникает и в помещения, превращая их в живые инсталляции. Дети, сбежавшие от родителей к учителям-мокрецам, в школе осваивают искусство медитации. Огражденные прозрачными тканями они сидят на разлинованных квадратах пола или пытаются путем простых движений изобразить то или иное понятие. Для взаимодействия больше не нужны слова. И это одна из главных мыслей спектакля».
Snob.ru: «Это не просто масштабная постановка, это охватывающее весь многоэтажный Центр имени Вс. Мейерхольда (включая закрытые для обычных посетителей помещения) действо, в котором принимают участие около сотни актеров. Это первый в истории российского театра опыт спектакля-променада, «бродилки», квеста. Антиутопия братьев Стругацких «Гадкие лебеди» стала отличным поводом для путешествия по тайным местам жуткого города Норманска, в который режиссер Юрий Квятковский и его команда превратили созданный для экспериментов Центр имени Вс. Мейерхольда (хотя таких всеохватных даже тут прежде не было). Пройдя через горнило гардероба — шум, скрежет, вой сирен и красные вспышки — вы окажетесь на пятом этаже ЦИМа, где вам в обязательном порядке предложат надеть маску с москитной сеткой — иногда только она отличает зрителя от участника представления. И все, дальше пускайтесь в свободное плавание, сами выбирайте, где проводить время: в школе для детей будущего, порочном отеле с проститутками, кабаре для бургомистра и его клики, пропахшем лекарствами госпитале — мест в Норманске много, и в каждом что-то да происходит».
Свободная пресса: ««Норманск», в размахе пяти этажей театрального Центра имени Мейерхольда и силами более полусотни актеров воссоздающий атмосферу города, откуда однажды ушли все дети, легко принять за дорогостоящую ролевую игру, в которой зрителям отведено положение немых статистов. «Норманск» похож и на интерактивно устроенное кино, где дозволяется укрупнить план, замерев, например, у стены, обклеенной тетрадями и учебными пособиями вундеркиндов, или заглянуть за кадр, проследив взглядом за сереньким человечком с портфелем, или перемотать запись, подоспев к повтору ключевой сцены».
Вечерняя Москва: «В Центре Мейерхольда создали показательный проект — «Норманск» Юры Квятковского, спектакль-бродилку по Стругацким. Там 60 актеров, четыре задекорированных этажа, по которым ходят зрители, запускаемые «порциями», по 50 человек в час. Понятно, что такой спектакль можно сделать только командой — один режиссер такое не поставит, он сойдет с ума.»
Частный корреспондент: «Это такой математический граф, то есть сложная нелинейная многосвязная динамическая структура. Например, обещанные через пятьдесят минут повторы сцен я не смог обнаружить за два часа хождений, зато видел начала новых сцен и окончания сцен ещё невиданных. Завершилось всё в большом зале, переделанном в арену. Вокруг буддийского восьмиугольника, внутри световой пирамиды пели дети, бились недобитки, братались с мокрецами жители Норманска, феерически звучала всеобщая кода надежды. Мы, зрители, ощутили надежду на новый мир, чего ещё боле желать?»
Мир 24: «Темный коридор. Мигающий красный свет. Дорога одна — в лабиринт. За решеткой КПП — уже новая реальность. Тут приходится играть по чужим правилам. Первая установка зрителям: надеть маски с москитными сетками. Тут повсюду опасные насекомые, и если снять защиту — выбыл из игры. Второе правило: следовать инструкциям. И, наконец, третье: «Выбирайте себе героев, следуйте за ними и не стойте на месте! Хронология событий зависит только от вас», — озвучивает его голос за сценой. После инструктажа — добро пожаловать в Норманск!»
Вечерняя Москва: «Сначала ужасно хочется держаться в группе, в которой пришел, но группа разваливается на глазах. Потом с надеждой вглядываешься в закрытые антимоскитной сеткой лица таких же зрителей-призраков, пытаясь увидеть кого-то знакомого. Но даже случайно встреченный приятель помочь собрать тебе свой Норманск не может – просто потому, что он ходил своими маршрутами. Да и разговаривать зрителям-призракам в Норманске запрещено. И в момент, когда ты понимаешь всеобщую автономность – и себя как зрителя, и действия – жизни придуманного города, вдруг выясняется, что вокруг – не всеобщий хаос, а весьма стройная симфония обычной жизни, удачно мимикрировавшая под какофонию».

Новости культуры: «В Центре имени Мейерхольда зрителям теперь даже не предложат кресла – и эти меры исключительно в целях заботы о театралах. Здесь приветствуют все новое, что появляется в мире лицедейства. Результат очередной лаборатории – то, что в Европе называют «иммерсивным представлением», спектакль, создающий эффект присутствия. Новое произведение в этом формате – постановка «Норманск». По всем пяти этажам центра все время перемещаются сами зрители.»

Metro: «Пока мы шепчемся Бургомистр, пообщавшись с главным героем встает и двигается в сторону борделя. Мы за ним. На пожарной лестнице темно, по стене ползут странные люди — наверное, мокрецы. На площадке сверху лежит пьяный мужчина (знакомое лицо — 20 минут назад в местном ресторане он аплодировал тонкому юноше певцу, похожему на Илью Лагутенко, и пил водку). Скромного вида дама пытается вытащить из-под него портфель. Мы замираем и смотрим».
Вечерняя Москва: «Зрителей ждет театральное путешествие, которое будет проходить на всех этажах Центра им. Мейерхольда. ЦИМ интересен не только открытостью к экспериментам: даже само пространство театра – еще один эксперимент. В Москве больше нет пятиэтажного театра, со сценой под крышей и с лестницами, которые уже десяток лет служат основой для инсталляций. По задумке авторов, зритель будет попадать в закрытый город, регистрируясь на КПП. Каждые полчаса в город будут пребывать по 50 гостей, которым отведена роль призраков. И для каждого из них будет свой Норманск: даже посетив квест 3 раза, один зритель не сможет увидеть все действие, в котором участвует около семи десятков актеров».

Газета.ru: «Сильнейшая сторона спектакля – в том, как удаётся режиссёру заострить проблему ксенофобии, заставив зрителей почувствовать себя в роли перепуганных «местных». Генетические мутанты живут в резервации – на лестнице. Не миновав их, нельзя перейти на другой этаж – но в одиночку зайти в резервацию по-настоящему страшно. Публика не застрахована от того, чтобы к финалу не накопить ту же агрессию, что и горожане: требуется мужество, чтобы принять «другого» и не делать из него маргинала. «Норманск», при всей актуальности – спектакль наглядный, доступный и не требующий большой зрительской подготовки».

Interwiew Russia: «Эта, граница, впрочем, призрачна, как и москитная сетка. Стругацкие, как известно и как нам уже напомнили совсем недавно, — идеальный повод поговорить о сегодняшнем дне. Посудите сами: интеллектуалы против силовиков, отголоски былой войны, скучные и узколобые взрослые, дети, цитирующие Шопенгауэра. Где непонятно, там написано — концлагерная зона у гардероба значится в программке едва заметным словом «Майдан». За остальное отвечает наша чрезмерно кинематографическая реальность. В ней на втором этаже ЦИМа бесстыдно сияет огнями «Газпромбанк». Спускающийся по ступенькам мокрец пристально смотрит на меня и шепотом спрашивает: «Простите, вы — персонаж?» За окном Москва — город, где матери-одиночки точно так же орут на детей, кто-то кого-то прижимает в подворотне и где никак не может начаться лето».
Trial-news.ru: «Над бродилкой по мотивам повести братьев Стругацких его создатели (среди них — не только художники Арсений Жиляев и Галя Солодовникова, но и специалисты по ролевым играм и даже архитекторы) корпят уже полгода. Никак не названному у Стругацких закрытому городу дано имя Норманск, и, чтобы попасть в него, зрителю придется преодолеть КПП на входе в Центр им. Вс. Мейерхольда. Выбрав тот ил и иной этаж ЦиМа, вы тем самым предопределяете и свою судьбу в этом футуристическом городе, и персонажей, которые попадутся на пути. Страх общества перед будущим — так Юрий Квятковский формулирует главную тему своего спектакля».
W-O-S.ru: ««Норманск» не случайно назван променад-спектаклем: его действие разворачивается на всех этажах Центра имени Мейерхольда, и зритель сам выбирает, за какой из сюжетных линий следить. «Вступить» в спектакль можно каждые полчаса, с 18.30 до 20.30, а вот финал у всех историй будет общий».
Royalcheese.ru «29 июня стоит сходить на «Норманск» — первый опыт Центра имени Мейерхолда в жанре «променад-театра» (самыми успешными примерами которого являются постановки Sleep No More и Drowned man: Hollywood Fable). Обещают спектакль-квест по мотивам романа Стругацких «Гадкие лебеди», по ходу которого зрители будут свободно путешествовать сразу по 5 этажам ЦИМа и участвовать в действии наравне с актерами. В общем тотальное GTA!».
Программа «Худсовет», телеканал Культура: «Сегодня гостем ночного выпуска программы «Новости культуры» будет режиссер Юрий Квятковский».
Arlekin: «Наибольшая неожиданность — способность актеров в рамках «перформанса» реализовать свои драматические возможности, в каких-то случаях буквально «по системе Станиславского». Чего стоит один только доктор Голем — исполнителя Дениса Ясика я не сразу узнал в этой роли, перевоплощение — «мхатовское», а как будто формат и не предполагает, достаточно только наметить, обозначить. Но драматические сцены (еще бы успевать на них на всех!) сделаны по всем законам психологического театра, а помещенные внутрь «тотальной инсталляции», созданной без избыточного натурализма, но подробно и достоверно, воздействуют оттого еще сильнее. Ну и музыка, хореография, не говоря уже про сценографию, костюмы (те же «мокрецы» — в тряпье, с наростами) — все на высшем уровне, одно к одному. Перед создателями опуса снимаю шапку вместе с противомоскитной сеткой, хоть правилами поведения в «Норманске» это и строго воспрещается под угрозой удаления со спектакля».
Юрий Квятковский для журнала GQ: «»Мы посягнули на святое – на зрительское кресло!! Взамен мы предлагаем человеку, пришедшему на спектакль, 5 этажей Центра Мейерхольда. И уже от него зависит, что он увидит. Качество спектакля напрямую зависит от зрительской активности. Каждый сам «монтирует» свою историю, сам настраивает свой фокус. Тема нашего спектакля – страх перед будущим. Большая часть общества насколько закрыта для всего нового, что готова обвинять новаторов во всех смертных грехах. И, конечно, – это сказывается на воспитании молодого поколения. Взяв за основу повесть Стругацких «Гадкие лебеди», мы попытались помочь детям придумать и воплотить модель общества будущего, которое сформировано по их собственным запросам»».
Елена Ковальская: «Юрий Квятковский и его команда в течение нескольких месяцев придумывали спектакль. Сначала они задумали спектакль-ролевую игру: зритель участвует в действии, оказывается в разных ситуациях и вынужден принимать решения, то есть становится объектом воздействия театра. Но позже режиссер отказался от манипуляций зрителем. После знакомства с британской театральной группой Punchdrunk – главного на сегодня в мире игрока на поле набирающего силу и влияние жанра promenade show. Квятковский посмотрел их спектакль Droned man: зрители там три часа бродят, каждый своим маршрутом, в белых масках по четырем этажам гигантской студии в центре Лондона».