ГРЯЗНУЛЯ

Режиссер: Иван КОМАРОВ Премьера.
1 час
16+
БЛИЖАЙШИЕ СПЕКТАКЛИ:
18 сентября в 20:00
24 октября в 20:00

Героя повсюду преследует грязь в прямом смысле слова. Где бы он ни оказался, это место покрывается жиром и волоснёй. Как в любом классическом хорроре, в финале обнаруживается причина инфернального преследования — вполне прозаическая и даже трогательная.

Говорят, пьеса белорусского драматурга Константина Стешика – автобиографическая, насколько может быть таковой история в духе арт-хаусного японского хоррора. Пьеса написана недавно, но уже в этом году ее поставили в трех российских театрах.

Спектакль молодого режиссера Ивана Комарова – магистранта Виктора Рыжакова и ученика Юрия Погребничко – ироническая и гротескная работа с большим вниманием к музыке речи.

Спектакль — участник фестиваля премьер «Новая драма»

 

 

Режиссер: Иван КОМАРОВ

Драматург: Константин СТЕШИК

Художник: Натали-Кейт ПАНГИЛИНАН

Исполнители: Мария МИЛЕШКИНА, Анастасия ДЬЯЧУК, Полина ГАЛКИНА

Видеохудожник: Федор ШМЕЛЬКИН

Команда спектакля благодарит:  Ольгу КОПЫЛОВУ, Наталью ШУРГАНОВУ

КультМск, Ольга Завалишина: «Спектакль Ивана Комарова говорит со зрителем о важных и сложных вещах в стилистике ночного рассказа у костра. Когда паузы выдерживаются до предела, голос то срывается на крик, то почти замолкает. Зал не устает от монотонности, постоянная смена ритма звучания делает спектакль крайне динамичным».

Мила Бредихина: «я видела «Абьюз» в постановке Ивана Комарова, так что рассчитывала на деликатный ужас. не ошиблась».

Татьяна Старостина: «И все в этой работе вышло великолепно, и все в ней свежо и неожиданно — и прекрасный текст, и звук (впервые услышала, как потрясающе могут взаимодействовать натуральные и усиленные микрофоном голоса), и чередование игры под масками и своевременнного и очень эффектного их «сбрасывания», и (видео)свет, и на редкость уместные тут кухонные утилиты в виде холодильника и стиралки, и жестко-экспрессивная, но органичная пластика исполнительниц, и поразительно гармоничный сплав фантасмагории и чуть не бытового реала. Через бесконечную многоактантность этой минималистской с виду постановки и через ассоциацию с Мамлеевым неизбежно вспомнилась грандиозная «Проза» Раннева в Электротеатре, и хоть я и не возьмусь проводить ощутимые, но пока не формулируемые параллели между этими произведениями, все же замечу, что результаты мне показались сходными, а вот средства, задействованные в «Грязнуле», куда более скромными».