ЧЕРНАЯ КОРОБКА

Режиссер: Никита БЕТЕХТИН
1 час 50 минут
14+
БЛИЖАЙШИЕ СПЕКТАКЛИ:
1 октября в 20:00

Герои «Черной коробки» существуют одновременно в 2016-м и 1986-м, когда они учились в советской школе-интернате. Они дезориентированы, и только один из них понимает «правила мира». Белорус Павел Пряжко, один из самых востребованных драматургов постдраматического театра, создал пьесу из вопросов, которые герои задают друг другу, чтобы сориентироваться в пространстве и времени. Триста восемь вопросов. Поскольку «нам надо научится выживать в этой реальности. Нам надо выбрать какую-то стратегию».  

Спектакль — участник фестиваля премьер «Новая драма» 

 

 

Режиссер: Никита БЕТЕХТИН
Драматург: Павел ПРЯЖКО
Художник: Надежда СКОМОРОХОВА
Саунд-художник: Ян КУЗЬМИЧЕВ
Исполнители: Валентин САМОХИН, Виктория САВИНА, Сергей МУХИН, Михаил ГОРСКИЙ, Ольга ДОБРИНА, Евгений КОЗЛОВ

IT BOOK: «Реальность «Черной коробки» — это реальность, где ничего не меняется, всё идет своей колеей — люди отказываются взрослеть, система — меняться. Здесь господствует абсурдная кафкианская фатальность. В этом контексте сценография спектакля воплощает в себе лейтмотив пьесы — остановку времени. Пространство сужено до «музея школьных воспоминаний»…».

Павел Руднев: «…я ощутил вот пожалуй что, вот какую идею: это удивительный спектакль, в котором я все время вспоминал свои сегодняшние сновидения про советскую школу, про советскую лагерную систему. То есть что чувствует ребенок, когда законы мира ему еще неизвестны. И есть только чинопочитание и ощущение того, что взрослые, родители и учителя — это боги, которым ты смотришь в рот».

Елена Груева: «…как я услышала этот текст: история о возврате в легкое и понятное время, насильственным, искусственным способом — как угодно, но только туда, где понятно, где люди прыгают. Взрослые прыгают в свое детство, хотят жить по тем законам, которые когда-то были им понятны и комфортны, и отказываются воспринимать любое изменение, которое непонятно и некомфортно».

Константин Гуенко: «…спектакль очень крепкий, хороший и – что тоже подмечалось – thrilling. Благодаря «травмированной» советской музыке, замкнутому, буквально, пространству – собственно, черная коробка – и вот этой проблематике определения времени, возникает ощущение угрозы, опасности извне не то что экзистенциального, а космического уровня, которая с каждой минутой уверенно разворачивается, очень напрягая быстрым расширением потенциально опасных зон и невозможностью их, эти зоны, ухватить».

Ольга Тараканова: «Дело в том, что «Черная коробка» — это актерский театр. Театр про актёра и для актёра. И это чуть ли не первый в моей жизни актерский спектакль с вживанием в роль, который не просто не оставил чувства неловкости, но вызвал искреннее восхищение».

Валерий Печейкин,  драматург: «Что я почувствовал? Во-первых, я понял, как сильно на нас всех повлиял «Твин Пикс». И я понял, что когда ты пытаешься замедлять что-то, это становится чем-то другим. Это очень хорошо и здорово».

Павел Руднев, критик: «Никита Бетехтин разбирает текст Пряжко методом действенного анализа и добивается существенных результатов, предъявляя спектакль, в котором, с одной стороны, герои разбираются с советским наследием, а, с другой, с механизмом насилия и покорности, который живет в нас и преобразуется во времени. Это спектакль погрузил меня в хоррор, во временную петлю — до сих пор снится советская школа с ее механизмом подавления. Тут и несколько просто прекрасных актерских работ».

Ильмира Болотян, художница: «Мне показалось очень классным, что удалось воссоздать атмосферу какого-то безвременного пространства. Мне это очень напомнило безвременное пространство Минска».

Дмитрий Лисин, критик: «Здесь постоянно идет такой не день сурка, а минута сурка, постоянно все крутится вокруг, как в психоанализе говорят, «непроработанных эмоций».

Анатолий Красных, зритель: «Блестящее метафорическое высказывание о нашем безвременьи, о бесконечном хождении по кругу, по этой загадочной колее в мрачноватой атмосфере нарастающего абсурда. <…> при этом, возникает мысль, что восстановить прошлое в своем исходном виде все-таки невозможно, поэтому то будущее, которое уже создается у нас на глазах, будет чем-то совсем другим, и это загадочное другое из черной коробки».