ПЕТРУШЕВСКАЯ ЧИТАЕТ+АНДАНТЕ

Режиссер: Федор ПАВЛОВ-АНДРЕЕВИЧ
1 час 40 минут
16+
БЛИЖАЙШИЕ СПЕКТАКЛИ:

Центр имени Мейерхольда представляет запоздалый (на один день) день рождения Людмилы Петрушевской и показ новой коллаборации режиссера Федора Павлова-Андреевича и художника Кати Бочавар — на сей раз говорящую скульптуру с именинницей в главной роли.

Как читает Петрушевская, публика уже знает: она читает во время своего Кабаре — когда не поет. Она читает по радио и по телевидению, предпочитая чтение собственных текстов любым интервью и простым разговорам. Она читала детям, а теперь читает внукам и правнукам — перед сном, потом впопыхах записывая, чтобы не забыть — потому что читает не по книжке и не по рукописи, а из головы. Она не читает — рассказывает, и кто этого еще не слышал, тот пусть скорей услышит, а кто уже слышал, тот и так уже хочет повторить.

На сей раз услышать эту манеру рассказа повезет куда более широкой аудитории — целому большому залу Центра им Мейерхольда, уже несколько лет водящему крепкую дружбу с автором.

В новой совместной работе Павлова-Андреевича и Бочавар Петрушевская прочтет несколько своих текстов, которые лучше всего сыграют в игру с пьесой «Анданте», написанной еще в 1975 году. Роль “первого акта” пьесы «Анданте» исполнит проза Петрушевской — и никто так, как сам автор, не умеет эту прозу прочитать. Петрушевская будет читать недолго, всего 30 минут — потому что «Петрушевская читает» продолжит давний проект Павлова-Андреевича под названием “быстрый театр” — этот театр не должен длиться больше получаса, в похожем жанре была сделана повидавшая весь мир говорящая скульптура “СтарухЫ” со Степанидой Борисовой, звездой world music и якутского театра и кинематографа, не говоря уже о “Нине Комаровой” с Женей Борзых, молодой звездой Табакерки и исполнительницей центральной роли “Анданте”, и “Сказке о часах”с Юлией Шимолиной, актрисой театра АРТО и постоянной героиней театральных работ Павлова-Андреевича и Бочавар. Но в отличие от актерского исполнения, “Петрушевская читает” продемонстрирует исполнение авторское, и режиссеру будет тут делать почти нечего — лишь выбрать тексты, да следить за временем, ну “а розы вырастут сами”, как сказал выдающийся Евгений Шварц.

Вторым актом петрушевского день рожденного вечера в Центре Мейерхольда станет Анданте — недавняя премьера ЦИМа и ФЕАТРа.

АНДАНТЕ

Новый проект режиссёра и художника Фёдора Павлова-Андреевича сделан в жанре «драмтанец», который соединяет в себе приметы современного танца и постдраматического театра. «Анданте» продолжает дело, начатое спектаклем «Танго-квадрат», премьера которого была показана в Центре Мейерхольда летом 2013 года. Репетируя этот спектакль, Федор полагал себя кукловодом и дергал за лески, сочиняя движение и голоса. Затем актеры, осваивая строгую партитуру, населяли свои роли собственной природой, из чего и получился в итоге драмтанец.

В проекте нет не только записанного звука и реквизита, но и декорации как таковой. Есть расстеленная там, где предполагается сцена, крафтовая бумага — самый нейтральный и смытый фон из всех возможных. Функцию декораций принимают на себя костюмы — они практически сливаются с крафтовой бумагой по причине своего телесного цвета, но зато их форма — невообразимых форм наросты, новообразования, наслоения, похожие на древесные грибы и лоскутное одеяло одновременно, — не оставляет сомнений: перед нами декорации, которые актеры носят на себе подобно улиткам.

Пьеса Петрушевской «Анданте» была написана в 1975 году и была поставлена всего несколько раз. Самая знаменитая постановка этой пьесы принадлежит авторству Романа Виктюка в рамках знаменитого спектакля «Квартира Коломбины» (1985) в «Современнике», в котором блистала Лия Ахеджакова. Важная эпоха в истории русского театра была обозначена этими 10 годами, между 1975-м и 1985-м — от полного запрета, непечатания и цензурной стены — до сломанных рук в ночных очередях за билетами, которыми кончилось дело в середине 80-х, когда Петрушевскую, наконец, стали постепенно разрешать.

Павлов-Андреевич не наследует Виктюку, несмотря на то, что в детском возрасте он этот спектакль видел. Связь здесь, скорее, нелинейная: спустя 40 лет текст «Анданте» теряет какой-либо исторический референс и снова начинает опережать время. В тексте речь идёт о каких-то дивных веществах, приняв которые, человек чувствует себя молодым и прекрасным. Именно этим — поиском таких дивных средств — и озабочена большая часть успешного человечества, которая наверняка примет «Анданте» за чистую монету, подумав, что этот текст написан на злобу дня, сегодня, сейчас. Павлов-Андреевич находит канонический текст Петрушевской дико смешным и настолько многослойным, что в какой-то момент жонглирование словами и символами окончательно обращает всё происходящее в цирковое представление.

В общем, режиссёра Павлова-Андреевича, художника Бочавар, хореографа Дину Хусейн и других придумывателей «Анданте» снедает любопытство — они ждут не дождутся, когда первые зрители посмотрят их новое произведение и опять, спустя 40 лет, подумают, что такого не может быть — потому что не может быть никогда.

Спектакль «Анданте» вошел в лонг-лист лучших спектаклей музыкального театра премии Золотая Маска 2017).

По пьесе Людмилы ПЕТРУШЕВСКОЙ
Режиссер Фёдор ПАВЛОВ-АНДРЕЕВИЧ
Художник Катя БОЧАВАР
Исполняют: Женя БОРЗЫХ, Юлия ШИМОЛИНА, Дина МИРБОЯЗОВА, Борис ПЕРЦЕЛЬ

Сноб: «Анданте» — режущая по живому бытовая драма, возвышающаяся до поэтической фантасмагории. Пластика, физика, театр мимики и жеста, магический цирк, произведение современного искусства, в котором материалами служат крафтовая бумага, набухающие фантастическими опухолями костюмы и человеческие тела. Удивительно всё — от пластилиновой подвижности артистов и завораживающего вербального массива до сценографии: аскетичнее некуда.

 

projector.ru: Постановка длится всего 45 минут, но за это время на сцене происходит какой-то сеанс гипноза, после которого задаешься вопросом: “Что это было?” При этом понимаешь, что галлюциногенный мир, созданный Петрушевской и Павловом-Андреевичем, очарователен. И в этом странном мире такие же проблемы, как и в нашем.

kulick.ru: Порой, не понимая смысла сказанного, но чувствуя его, ты погружаешься в какой-то совершенно неописуемый мир. Попадая под влияние всех этих, на первый взгляд, непонятных фраз, ты начинаешь получать неописуемое удовольствие от происходящего на сцене драмтанца.

Дмитрий Курляндский, музыкальный руководитель Электротеатра Станиславский, композитор и педагог:

Получил редкое удовольствие от единства видимого и слышимого. И то, и другое объединяет (в большей или меньшей степени) идея искажения поверхности — языка, сюжета, костюмов, движений: «наросты» на костюмах Бочавар, как самая очевидная метафора этих поверхностных искажений. И, конечно, оглушающая тишина молчащей крафтовой декорации — огромная бумажная мембрана, способная издавать громкий шум, молчит до самого конца спектакля, пока ее не срывают и не сминают в медленно разворачивающийся потрескивающий ком. Это молчание, обещание звука — одно из ярчайших акустических впечатлений.

Юлия Бедерова, критик, эксперт «Золотой маски»:

В спектакле «Анданте» в соответствии с названием пьесы все идет неспешно, образы выступают вальяжно и просто, при этом из всей неторопливости проявляется очень редкий в синтетических жанрах упругий и легкий ритм, витиеватая сложность которого так органична, что создает впечатление непритязательного разговора, шепота, щебета, ненатужной пластической игры.

Еще большая редкость — ювелирное чувство юмора. Оно насквозь пропитывает синтез пластического, физического, речевого перформанс-театра, здесь все сделано без регулярного для синтетической сцены пафоса, без пышности непередаваемо великого абстрактного смысла в конкретных художественных обстоятельствах. Традиционное место пафоса занимает даже не едкий гротеск, хотя и не без него. Но прекрасней всего — нежный юмор, какая-то ласковая при всей сногсшибательности ирония.

Анна Абалихина, хореограф, лауреат национальной премии «Золотая маска»:

Давно наблюдаю за развитием отношений в дуэте Федора Павлова-Андреевича и Кати Бочавар, а посмотрев спектакль «Анданте», хочу сказать, что восхищена бесстрашием художников. Они не просто развивают собственный телесный и визуальный язык, а делают это прямо и сломя голову, не страшась никаких стен и границ. Им удалось сочинить абсолютно цельный и самобытный способ разговора. Это блестящий авторский театр в самом прямом смысле слова.